Отношения с южными соседями в начале Великой Отечественной войны

Операция «Сочувствие»: ввод РККА в Иран (август-сентябрь 1941)

К июню 1941 г. серьезное положение сложилось на границах СССР с его южными соседями — Турцией, Ира­ном и Афганистаном. Когда в середине 30-х годов Германия развернула подготовку к войне, она начала укреплять свои позиции в Турции, Иране и Афганистане. Гитлеровские эмиссары под видом предоставления технической помощи, раз­вития торговли, оказания помощи в освоении постав­лявшихся Германией военных материалов и т. д. ста­ли усиленно проникать во все сферы жизни этих госу­дарств. С ними тесно сотрудничали японские эмиссары, проводившие в этих странах аналогичную работу. Особенно активизировалась деятельность держав-агрессов Турции, Иране, а также Афганистане после нача­ли второй мировой войны. Разгром Германией Польши и Франции, установление ею господства чуть ли не над всей  Европой, казавшееся безвыход­ным положение Великобритании и, наконец, общее мнение в мире, что вскоре фашистский рейх нанесет поражение также Советскому Союзу, все больше сказывались и на политике этих трех стран. Они торопились стать на сторону победителя, то есть Герма­нии. В Берлине, однако, не собирались довольствоваться этим, а планировали захват Турции, Ирана и Афга­нистана.

К лету 1941 г. гитлеровцам удалось установить тес­ные связи с правящими кругами Турции, в том числе и с военной верхушкой страны. Сказывались контакты, существовавшие между генеральными штабами двух стран в первой мировой войне, когда они были союзниками в войне против Англии, России и союзных с ними стран, а также многолетнее участие германских инструкторов в обучении турецкой армии, увеличившиеся поставки из Германии военных материалов. В мае 1941 г. министр иностранных дел Турции Ш. Сараджоглу заявил германскому послу Ф. фон Папену, что в слу­чае германо-русского конфликта Турция всем сердцем будет на стороне Германии. 18 июня, за несколько дней до нападения Германии на СССР, между ней и Турцией был заключен договор о дружбе и ненападении.

Нападение Германии на СССР правящие круги Тур­ции встретили с одобрением. Они начали рассматривать планы захвата советских земель. Как сообщал в Берлин 5 августа 1941 г. фон Папен, турецкие правительственные круги, как и в 1918 г., хотели захватить Азербай­джан, особенно ценнейшие бакинские месторождения нефти. «Что касается восточных тюркских народов помимо Азербайджана, т. е. поволжских тюрков, татар, туркменов и т. д., то теперешние планы турецких пра­вительственных кругов сводятся к объединению этих тюрков в собственное, внешне независимое восточно-тюркское государство, в котором западные тюрки будут, однако, играть решающую политическую и культурную роль — «советников» (Документы министерства иностранных дел Германии. М. 1946 г с.34,36).

С июля 1941 г. Турция начала пропускать через про­ливы в Черное море, вопреки условиям конвенции о Черноморских проливах, подписанной в 1936 г. в Монтрё, германские и итальянские военные корабли (в том числе подводные лодки), которые использовались про­тив советского Черноморского флота .

В иностранной печати стали появляться сообщения о том, что, как только германские войска окажутся в Москве, Турция присоединится к Германии в войне про­тив СССР. Началась усиленная концентрация турецких войск вблизи советской границы.

Одна из немаловажных задач советской дипломатии заключалась в том, чтобы предотвратить нападение Турции на СССР. Поскольку Великобритания также стремилась не допустить вступления Турции в войну на стороне Германии и Италии, что сразу же резко по­дорвало бы позиции Британской империи на Ближнем и Среднем Востоке, правительства СССР и Англии до­говорились предпринять 10 августа согласованные дип­ломатические шаги. В этот день советский посол в Тур­ции С. А. Виноградов сделал турецкому правительству следующее заявление:

 

«Советское правительство подтверждает свою вер­ность конвенции в Монтрё и заверяет турецкое прави­тельство, что оно не имеет никаких агрессивных наме­рений и притязаний в отношении проливов. Советское правительство, так же как и британское правительство, готово скрупулезно уважать территориальную неприкосновенность Турецкой Республики. Вполне понимая желание турецкого правительства не быть вовлеченным в войну, Советское правительство, как и британское правительство, тем не менее были бы готовы оказать Тур­ции шикую помощь и содействие в случае, если бы она подверглась нападению со стороны какой-либо европейской державы».

Аналогичное заявление в тот же день сделал турец­кому правительству и английский посол.

Однако Турция продолжала ориентироваться на Гер­манию. Связи между ними, в том числе и по военной ниши, продолжали укрепляться и развиваться. 9 октября было подписано германо-турецкое экономическое соглашение, по которому Турция обязалась поставлять Третьему рейху имевшее большое значение для него стратегическое сырье (хром и медь).

Таким образом, опасность Советскому Союзу со сто­роны Турции продолжала расти.

Сложным было положение и на границе СССР с Ираном. Для фашистского рейха Иран также представлял как стратегический, так и экономический интерес. Накануне войны Германии удалось добиться первого места во внешней торговле Ирана. Учитывая, что Германия не имела достаточных источников нефти для снабжения своей военной машины, нетрудно предста­вить, какое значение она придавала получению нефте­продуктов из Ирана. В стратегическом плане Иран имел для фашистских агрессоров, по существу, такое же зна­чение, как и Турция. К моменту нападения на СССР Гитлеровцам удалось внедрить в государственный аппарат, экономику Ирана тысячи своих советников, инст­рукторов и других агентов, направить в страну разведчиков, диверсантов для использования их в борьбе против СССР и Британской империи. Для нужд этих диверсантов в Тегеране и других местах были созданы склады оружия и боеприпасов. Главная цель гитлеров­цев заключалась в том, чтобы втянуть Иран в войну на своей стороне.

Реза-шах Пехлеви, ориентировавшийся на победу в войне фашистских агрессоров, все более открыто стано­вился на их сторону. Приходилось серьезно опасаться, что он мог в ближайшее же время вступить в войну, превратив Иран в сателлита, а иранский народ в рабов гитлеровцев.

Поскольку проникновение фашистской Германии в Иран представляло исключительную опасность и для Советского Союза, и для Великобритании, сразу же после нападения германских агрессоров на СССР пра­вительства двух держав начали рассматривать вопрос об их сотрудничестве в деле предотвращения использова­ния Германией Ирана против них. Советский Союз опи­рался в этом, в частности, на советско-иранский договор 1921 г. Заключая этот договор, Советское государстве от­казалось от огромных материальных и политических прав и привилегий, которые ранее имела в Иране (Пер­сии) царская Россия. В ответ на это Иран согласился на включение в договор следующего положения (ста­тья VI):

«Обе Высокие Договаривающиеся Стороны согласны в том, что в случае, если со стороны третьих стран бу­дут иметь место попытки путем вооруженного вмеша­тельства осуществлять на территории Персии захват­ную политику или превращать территорию Персии в базу для военных выступлений против России, если при этом будет угрожать опасность границам Российской Социалистической Федеративной Советской Республи­ки или союзных с ней держав и если персидское правительство после предупреждения со стороны россий­ского Советского правительства само не окажется в силе отвратить эту опасность, российское Советское прави­тельство будет иметь право ввести свои войска на тер­риторию Персии, чтобы, в интересах самообороны, принять необходимые военные меры. По устранении данной опасности Советское правительство обязуется немедленно вывести свои войска из пределов Персии»

Лотом 1941 г. создались именно такие условия, о которых шла речь в данной статье.

Уже 27 июня Ст. Криппс поставил перед В. М. Молотовым вопрос о сотрудничестве Англии и СССР на Ближием Востоке. 8 июля Сталин в беседе с Криппсом продолжил обсуждение этого вопроса. Отметив присутствие в Иране около шести-семи тысяч немцев, он высказал опасения, что немцы и итальянцы могут попытаться осуществить из Ирана диверсию против бакинских нефтеразработок, а также принять другие акции против СССР и Англии. Поэтому необходимо срочно предпринять совместные контрмеры. 19 июля советский посол А. А. Смирнов и британский посланник Буллэрд сделали демарш иранскому правительству, настаиваяя на выдворении из Ирана немцев, занимающихся деятельностью, враждебной интересам СССР, Великобритании, а также самого Ирана. Однако Реза-шах

Пехлеви, подстрекаемый Германией, не принял мер для прекращения деятельности немецких агентов в Иране, угрожавшей СССР и Великобритании. Поэтому 16 августа СССР и Англия обратились к иранскому праительству с новыми нотами по этому вопросу, но позиция Реза-шаха оставалась прежней.

Учитывая то принципиальное значение для исхода войны, которое этот вопрос имел в условиях, когда гитлеровские войска рвались на восток, ставя одной из своих целей захват Баку и нефтеносных районов Ближнего и Среднего Востока, по предложению английского правительства СССР и Великобритания решили совместно примять более энергичные меры. 21 августа британский военный кабинет принял решение о «военной акции», если СССР заявит о своей готовности принять в ней участие.

25 августа правительству Ирана были вручены новые советская и английская ноты. В ноте правительства СССР констатировалось, что иранское правительство «отказалось, к сожалению, принять меры, которые поло­жили бы конец затеваемым германскими агентами па территории Ирана смуте и беспорядкам, тем самым по­ощряя этих агентов Германии в их преступной рабо­те». В таких условиях Советское правительство оказа­лось вынужденным «принять необходимые меры и немедленно же осуществить принадлежащее Советскому Союзу, в силу статьи 6 договора 1921 г., право — ввести временно в целях самообороны на территорию Ирана свои войска». Одновременно в ноте указывалось, что эти меры не направлены против иранского народа, терри­ториальной целостности и государственной независимо­сти Ирана, а «исключительно только против опасности, созданной враждебной деятельностью немцев в Иране. Как только эта опасность, угрожающая интересам Ира­на и СССР, будет устранена, Советское правительство… немедленно выведет советские войска из пределов Ира­на». В тот же день несколько дивизий британских и советских войск вступили в некоторые районы Ирана.

В результате начавшихся переговоров 8 сентября 1941 г. в Тегеране было подписано трехстороннее советско-англо-иранское соглашение. В нем были согласо­ваны зоны расположения на территории Ирана совет­ских и британских войск. Иранское правительство обя­залось выслать из пределов Ирана германскую, италь­янскую, румынскую и венгерскую миссии, передать в распоряжение английского и Советского правительств для интернирования членов немецкой колонии. Вместе с тем иранское правительство изъявило согласие не препятствовать СССР и Великобритании в провозе товаров и военного снаряжения через территорию Ирана и ока­зывать им содействие в доставке этих товаров по шос­сейным, железнодорожным и воздушным путям. В свою очередь|, Советское и британское правительства взяли на себя обязательство помогать Ирану в удовлетворили его экономических нужд.

Таким образом, в результате совместных акций СССР и Великобритания предотвратили превращение Ирана в плацдарм гитлеровской Германии. Были лик­видированы диверсионные гнезда, созданные гитлеровцами на территории Ирана. Нацистская Германия лишилась надежд на использование в войне иранской нефти. Дипломатическое сотрудничество советского и британского правительств по вопросу об Иране было одним из первых проявлений полезности и эффективности сов­местных акций двух держав в общей борьбе против фашистко-милитаристского блока. 30 января 1942 г. в Тегеране был подписан договор о союзе между СССР, Великобританией и Ираном.

Германия, Италия и Япопия проводили все более активную работу и в Афганистане, причем с немалым успехом (деятельность там японских агентов была направлена как против интересов СССР и Британской империи, так и Китая). Этот вопрос также стал предметом переговоров между Советским и английским правительствами. И. В. Сталин поднял его еще 8 июля 1941 г. в упомянутой беседе со Ст. Криппсом. 18 сентября британский военный кабинет принял решение о мерах с целью удаления из Афганистана германских агентов.    Советско-английские переговоры по этому вопросу завершились договоренностью о том, что советский и британский дипломатические представители в Афганестане сделают 11 октября заявление по этому поводу афганскому правительству.

В заявлении советского посла К. А. Михайлова премьер- министру Афганистана говорилось, что Советское правительство, руководствуясь чувством дружбы к афганскому народу и уважения независимости Афганистана, выражает свою готовность оказать всемерное содействие дальнейшему процветанию афганского госу­дарства, а также укреплять и развивать экономические отношения между СССР и Афганистаном. В то же вре­мя в заявлении отмечалось, что наличие в Афганистане немцев и итальянцев, работавших в афганских учреж­дениях, в том числе в некоторых министерствах, и ве­дущих враждебную интересам Советского Союза дея­тельность, порождает тревогу Советского правительства и опасения относительно успешного развития дружест­венных и добрососедских отношений между Советским Союзом и Афганистаном.

Посол напомнил, что подписанный в 1931 г. между СССР и Афганистаном договор о нейтралитете и нена­падении предусматривает, что «договаривающиеся сто­роны не допустят и будут препятствовать на своей тер­ритории организации и деятельности группировок, а также будут препятствовать деятельности отдельных лиц, которые вредили бы другой договаривающейся сто­роне».

Исходя из этого, сказал посол, Советское правитель­ство сочло необходимым рекомендовать афганскому пра­вительству, чтобы все члены немецкой и итальянской колоний покинули Афганистан и чтобы деятельность германской и итальянской миссий в Афганистане была взята под соответствующее наблюдение, с тем чтобы устранить возможность осуществления ими каких-либо враждебных действий как по отношению к Афганиста­ну, так и по отношению к Советскому Союзу.

Накануне, 10 октября, заявление с такими же рекомендациями сделал афганскому правительству также британский посланник в Афганистане.

16 октября министр иностранных дел Афганистана сообщил советскому послу, что афганское правительство решило принять совет правительства СССР и удалить из Афганистана немцев и итальянцев. В конце октября начался их отъезд из Афганистана.

Таким образом, в результате сотрудничества советской  и английской дипломатии позиции фашистской Германии в Иране и Афганистане оказались подорванными.

 

Метки:

4 комментария to “Отношения с южными соседями в начале Великой Отечественной войны”

  1. Наталья 26.03.2012 в 10:08 #

    Здравствуйте.Подскажите,пожалуйста,где можно узнать о судьбе не вернувшегося с ВОВ Балобанова Дмитрия Николаевича 1911г рождения,уроженца Краснодарского края.С 1943г.ничего не известно о нём.Хотелось бы узнать место захоронения Балобанова Дмитрия Николаевича В/Ч 09362 или П/П 1480 360???

  2. Наталья 26.03.2012 в 10:10 #

    Предположительно,эта в/ч располагалась на территории Ирана?

Ваш отзыв

Вы должны войти , чтобы оставлять комментарии.